Говоря о пребывании М.Е. Салтыкова в нашем городе, выделяют два рязанских периода: период вице-губернаторства с 1858 по 1860 г. и службу управляющим губернской казенной палатой с 1867 по 1868 г. В первый период семья Салтыковых занимала каменный дом на углу Астраханской и Николодворянской улиц (в настоящее время ул. Николодворянская, д.24/42), во второй приезд адрес изменился: семья поселилась на углу Владимирской и Абрамовской улиц (ул. Щедрина, 39/49). Оба дома, к счастью, прекрасно сохранились: в первом расположен Музейный центр имени А.И. Солженицына Рязанского историко-архитектурного музея-заповедника, во втором –министерство имущественных отношений региона.

Рязанский круг общения Салтыкова был немногочислен. Будучи высокопоставленным чиновником и передовым писателем своего времени, Салтыков тем не менее обладал неуживчивым характером, трудно сходился с людьми. Неподкупный и прямолинейный, он был «неудобен» и быстро настроил против себя чиновничье общество: «Во всей Рязани едва ли два-три человека найдется, которые смотрят на меня не враждебно. Поэтому жить очень скучно, и живем совершенно одни», – писал Салтыков в 1867 г. Н.А. Некрасову. Отчасти это объяснялось тем, что Салтыков в сатирических рассказах, впоследствии составивших цикл «Помпадуры и помпадурши», фельетонах и «Письмах из провинции», помещавшихся Некрасовым в «Отечественных записках», так верно изображал местных чиновников и их пустую, алчную, не приносящую никакой общественной пользы жизнь и творимые ими беззакония, что этого было не скрыть ни за условными фамилиями, ни за хитроумными метафорами. Но все же именно в Рязани Салтыков приобрел друга на всю жизнь, общение с которым стало «лучом света» в равнодушно-враждебной среде рязанского света.

Летом 1858 г. по уездам губернии прошли выборы членов Губернского дворянского комитета, организованных по всей России с целью выработки условий отмены крепостного права. С конца августа комитет начал работу в Рязани. Участники его заседаний часто засиживались за чашкой чая в доме на Семинарской, в гостеприимной семье сестер-писательниц Хвощинских, о чем впоследствии вспоминала Прасковья Хвощинская: «Каждый вечер собирался у нас кружок близких знакомых, деятелей по крестьянскому вопросу; шли оживленные беседы очень серьезного содержания…». Будущее освобождение крестьян представлялось лучшим представителям дворянства и интеллигенции великим гуманистическим актом, который должен был инициироваться «сверху», не дожидаясь народных беспорядков «снизу». Однажды зимой к кружку неожиданно присоединился важный гость – новый вице-губернатор Салтыков. С этого момента начинаются приятельские отношения между ним и старшей сестрой, Надеждой Дмитриевной, со временем переросшие в крепкую дружбу, продлившуюся до конца жизни.

Личному общению Салтыкова с Хвощинской предшествовало знакомство с ее творчеством. В 1864 г. он писал о ней как об «очень даровитой» писательнице, которая остается «на почве психологических тонкостей», и потому получила «лишь почетную известность». Наконец, в Рязани представилась возможность познакомиться лично.

Общность убеждений – такое условие Салтыков, по воспоминаниям знавших его лиц, считал в человеческих отношениях главным. В письмах писатель называет еще одно качество, которое особенно ценилось им в людях, – доброту. И то, и другое он с избытком нашел в семье Хвощинских. Человек сильного духа, слова и дела, Салтыков на всю жизнь остался для Хвощинской и творческим, и жизненным примером, а она для него – душевно близким человеком, понимающим с полуслова. Да и общего у них тоже было много: оба были «белыми воронами» в рязанском обществе, ставили общественные интересы выше собственных, оба были писателями передовых демократических взглядов.

По отзывам современников, Хвощинская любила прямоту и резкость Салтыкова, «пугавшую других его неустрашимость и, конечно, блестящее остроумие, любила его семью, в которой дружески была принята. Салтыков относился к ней как к доброму, уважаемому товарищу и другу и журил ее за то, что она мало писала».

О близком знакомстве Хвощинской с семьей, сохранившемся до самой смерти обоих писателей в 1889 г., с разницей в полтора месяца, вспоминал сын Салтыкова: «Эта добрейшая старушка, можно сказать, боготворила отца и вместе с тем очень баловала нас, детей, принося нам сласти и рассказывая преинтересные сказки <…> пережила немногим моего отца, <…> причем умерла в совершенной нищете. Болезнь ног не позволяла ей ходить, и ей не на что было приобрести колясочку, на которой ее могли бы перевозить с места на место. Узнав про это, покойная мать моя поручила мне повезти ей ту колясочку, на которой прежде возили моего отца. Я исполнил поручение и был свидетелем радости больной, когда она узнала, кто раньше пользовался колясочкой».

Удивительно, что дружба двух незаурядных людей, оставивших глубокий след в русской литературе XIX века, зародилась именно в Рязани, в косной провинциальной среде, давшей Салтыкову как летописцу общественной жизни полноценный запас материалов и наблюдений, использованных им в своих произведениях для воссоздания картин русской действительности 60-х гг. «История не останавливается от того, что ничтожество, невежество и индифферентизм делаются на время как бы законом… Она знает, что это явление преходящее и что под ним и рядом с ним, не угасая, теплится правда и жизнь», – такой вывод делал Салтыков на основе своего богатого управленческого опыта. Сохранять веру в людей ему позволяло знание того, что даже в самом темном уголке русской действительности есть, подобно Хвощинской, лучезарные души, свет которых способен освещать духовную пустоту и рассеивать мрак невежества.

Материалы подготовлены научным сотрудником Музейного центра им. А.И. Солженицына Н.Е. Куликовой

Пдписи к фотографиям:

1. Памятник М.Е. Салтыкову-Щедрину в Рязани
2. Дом на углу улиц Ленина и Николодворянской, где жил писатель в 1858 – 1860 гг.
3. Дом на углу улиц Свободы и Щедрина, где писатель жил в 1867 – 1868 гг.
4. Писательница Надежда Дмитриевна Хвощинская. РИАМЗ

С тех пор Татьянин день ассоциируется с молодостью, знаниями, весельем и надеждами на будущее. Студенты традиционно отмечают его концертами, дружескими встречами и веселыми гуляниями, сохраняя дух любознательности и стремления к науке.

Во многом благодаря идеям Просвещения 2-й половины XVIII в. система образования в России появилась и начала активно развиваться. Первой эту задачу попыталась решить императрица Екатерина II: она открыла по всей России малые и главные народные училища, доступные разным слоям общества. Появились они и в Рязанской губернии. Император Александр I ввел четырехступенчатую систему образования: приходские училища → уездные училища → гимназии → университеты. При Николае I стало развиваться высшее профессиональное образование, а во 2-й половине XIX – начале ХХ вв. большую роль в развитии народного образования играла частная инициатива, частные учебные заведения – от воскресных школ грамотности до университетов.

Тему образования в Рязанской губернии мы постарались раскрыть в новой экспозиции Рязанского исторического музея. В начале ХХ в. в губернской столице работало 21 учебное заведение, как светское, так и духовное, они открывали свои двери для всех городских сословий.

В самой экспозиции воссоздан учебный класс, где каждая деталь дышит историей и любовью к науке. В дореволюционной России, особенно в XIX – начале XX вв., кабинет гимназии был не просто учебным помещением, а настоящим центром знаний, дисциплины и воспитания. На полках размещены наглядные пособия: глобус, чучела животных, зубы и бивень мамонта. Кабинет естественных наук достаточно неплохо оснащен.

Деревянный стол с чернильницей, перьями и прописями, классная доска, покрытая мелом – все это напоминает о временах, когда образование было привилегией, доступной не каждому.

Мы поздравляем всех бывших, настоящих и будущих студентов с их праздником и приглашаем посетить новую экспозицию «Российская провинция в эпоху империи. Рязанская губерния».

Материалы подготовлены заведующей научно-методическим отделом И.С. Фокиной

Подписи к фотографиям:

1. Выпускники Первой мужской гимназии. 1915 г. РИАМЗ
2. Частная мужская гимназия Н.Н. Зелятрова. Физический кабинет. 1911 г. РИАМЗ
3. Частная мужская гимназия Н.Н. Зелятрова. 1911 г. РИАМЗ

Окончив историко-филологический факультет Московского университета, Сторожев в 1889–1895 гг. служил в Московском архиве Министерства юстиции (МАМЮ), был секретарем Финансовой комиссии Московской городской думы. Василий Николаевич являлся одним из авторов «Энциклопедического словаря Брокгауза и Ефрона». В области исторической науки его интересовали экономические вопросы, государственное управление XVII в.

Даже после вынужденного ухода из архива исследователь участвовал в подготовке к изданию отечественных исторических памятников, сотрудничал с Рязанской и Тверской учеными архивными комиссиями. В марте 1890 г. Сторожев был избран членом Рязанской ученой архивной комиссии (РУАК) и принимал активное участие в ее заседаниях. В том же году в Рязани вышел в свет его труд «Рязанские засечные книги XVII в.». Засечные книги – важный источник, который содержит подробные сведения о состоянии засечных укреплений, описание отдельных элементов оборонительных сооружений, например острогов, башен и местности, расположенной в районе засечных укреплений (деревень, дорог и т.д.), сведения о расстояниях.

В 1891 г. в типографии Рязанского губернского правления вышла в свет новая работа Сторожева – «Состав рязанского дворянства по десятням XVII в.». Десятни – ценный источник по истории русской армии, это списки служилых людей, которые создавались с целью учета и контроля войска и выдачи денежного и земельного жалования.

Еще в 1890 г. РУАК по предложению председателя А.В. Селиванова постановила издать писцовые книги Рязанского края, хранившиеся в Московском архиве Министерства юстиции и библиотеке РУАК. Писцовые книги содержат описание земельных владений и городской недвижимости и дают представление об имущественном положении служилых людей русского государства. За неимением денежных средств это мероприятие было отложено. Только 21 февраля 1896 г. по инициативе члена РУАК известного историка П.Н. Милюкова, который в те годы находился в Рязани в ссылке, на заседании комиссии вновь был поднят вопрос об издании сборника писцовых книг Рязанского края. Предполагалось, что это будет лишь часть работы по изданию громадного накопленного материала – источников XVII в., имевшегося в распоряжении РУАК.

К работе над изданием рязанских писцовых книг Милюков сумел привлечь столичных археографов Василия Николаевича Сторожева и Сергея Александровича Шумакова. Составлением описей и переводом документов занимались и другие члены комиссии, в том числе А.Д. Повалишин, И.И. Проходцов, А.И. Черепнин. С 1898 по 1904 г. были опубликованы три выпуска писцовых книг Рязанского края под редакцией В.Н. Сторожева, но издание сборника требовало еще больших финансовых вложений и было остановлено из-за нехватки средств.

В научной библиотеке РИАМЗ хранятся оригинальные экземпляры сборника писцовых книг под редакцией В.Н. Сторожева и ранних его трудов по рязанской тематике из собрания РУАК. А в 1996 г. рязанский исследователь Александр Иванович Цепков стал инициатором переиздания «Писцовых книг Рязанского края», снабдив их дополнительными материалами – картами, комментариями. Новое издание А.И. Цепков лично передал в научную библиотеку музея. Ознакомиться с книгами можно в читальном зале Научной библиотеки музея-заповедника.

Материал подготовлен А.А. Володиной, старшим научным сотрудником ЦНИ РИАМЗ

Подписи к фотографиям

1. Василий Николаевич Сторожев
2. Труды В.Н. Сторожева в собрании Научной библиотеки РИАМЗ
3. Современное издание «Писцовых книг Рязанского края» в собраниия Научной библиотеки РИАМЗ

Первый раздел выставки расскажет о жизни и деятельности уроженца Воронежской губернии Митрофана Ефимовича Пятницкого и об истории созданного им русского народного хора, о его первых артистах – крестьянах Воронежской и Рязанской губерний. 

Второй раздел посвящен Рязанскому государственному академическому русскому народного хору им. Е.Г. Попова. С первых дней профессионального существования Рязанский хор главными задачами ставил сохранение местной оригинальной манеры пения, запись и обработку рязанского фольклора и поиск новых произведений, соответствующих высоким творческим требованиям подлинного искусства.

На выставке будут представлены более 80 предметов из собраний Воронежского областного краеведческого музея и Рязанского историко-архитектурного музея-заповедника: фотографии Митрофана Пятницкого, Евгения Попова и артистов музыкальных коллективов – крестьян Воронежской и Рязанской губерний, нотные издания и песенники первой половины ХХ века, а также архивные документы, музыкальные инструменты, сценические костюмы.

Открытие выставки состоится 30 января в 16:00 в Рязанском историческом музее | ул. Соборная, 22.

По первичному запросу ИИ определяет историческую локацию поместья «Михеево» в окрестностях села Михеи Сапожковского района Рязанской области. Однако есть и село Михеево, упоминавшееся в Списке населенных мест Рязанской губернии в 1859-1862 гг., в Егорьевском уезде Рязанской губернии… Как бы то ни было, известно, что Степан Тимофеевич Славутинский учился в Рязанской губернской гимназии, вместе с будущим известным поэтом Я.П. Полонским, но завершить обучение ему не пришлось.

Далее он поступил писцом в Рязанскую палату Гражданского суда. Благодаря природному уму и неординарным деловым качествам 20-летняя рязанская карьера писца Славутинского вывела его в старшего чиновника по особым поручениям при рязанском губернаторе.

По должности он занимался вопросами, не вписывавшимися в круг обязанностей обычных штатных чинов, – это чиновник для разрешения внештатных ситуаций. Критерием для назначения на эту должность служило полное доверие власти к кандидату, при положительных рекомендациях по месту предыдущей службы. Преимущественно это были потомственные дворяне, часто с военным прошлым. Они соответствовали VI–IX классам Табели о рангах российского имперского чиновничества (соответствует армейским чинам от капитана (IX класс) до полковника (VI класс). Таким образом, С.Т. Славутинский, как «старший чиновник по особым поручениям при губернаторе», вероятно, выслужил к своему выходу в отставку, в 1859 г. должностную позицию «полковник/подполковник (VII класс Табели о рангах)».

Следует заметить, что еще с 1840-х гг. Сергей Тимофеевич «грешил» литературными опытами. Его работы были замечены и опубликованы крупными российскими журналами: «Москвитянин», «Русский вестник», «Современник», «Исторический вестник», также газетами «Русская газета», «Московский вестник». Исключение составлял «Современник», где Славутинский «отметился» громкими идейными расхождениями с Н.А. Добролюбовым и М.Е. Салтыковым-Щедриным и не был в числе основных авторов. В целом, редакторами и публикаторами писателя были литераторы и журналы государственно-охранительного направления.

В начале 1859 г. 38-летний Славутинский выходит в отставку, оставляет обеспеченную жизнь в Рязани и переезжает с многочисленным семейством в Москву, «чтобы отдаться писательскому труду». Но проходит менее полутора лет и он был вынужден возвратиться на службу. Со второй половины 1860-х Славутинский – мировой посредник и мировой судья в Литве, где он проведет долгие служебные 13 лет до окончательной своей отставки в 1873 г., «страстно увлекаясь женщинами и картами, поэзией и даже службой», являясь, по свидетельству современников, «практичным дельцом, горячим патриотом и правдивым повествователем».

Творческое наследие С.Т. Славутинского отмечено статьями в энциклопедиях и литературных справочниках, его биография и произведения становились объектами изучения ряда современных российских исследователей. Вместе с тем, в настоящее время приходится констатировать, что собрание сочинений Славутинского так и не было издано, а писал он много, выступая как прозаик, мемуарист, теоретик литературы и переводчик.

Материалы подготовлены заведующим Музейным центром имени А.И. Солженицына Ю.В. Сарычевым